Посольство Российской Федерации в Боснии и Герцеговине
Тел.: (+387 33) 668-147
/

Комментарий Посольства в связи с нотой Посольства России в Боснии и Герцеговине о непризнании легитимности К.Шмидта в качестве Высокого представителя

Прежде всего хотели бы отметить принципиальную позицию Китайской Народной Республики, опирающуюся на международное право, опорной конструкцией которого является Организация Объединенных Наций.

В критике нашего шага усматриваем непонимание многими специфики деятельности Руководящего комитета, в том числе характера утверждения Высокого представителя.

Всей совокупностью документов – Общим рамочным соглашением о мире в БиГ, резолюциями СБ ООН, документами Совета по выполнению Мирного соглашения и его Руководящего комитета, наконец, сложившейся практикой, предусматривается следующий порядок избрания Высокого представителя.

Руководящий комитет (ранее на уровне министров иностранных дел, потом на уровне политических директоров, сейчас же считают достаточным уровень послов в Сараево) осуществлял - исключительно консенсусом – подбор кандидата на пост Высокого представителя, которой затем согласовывался резолюцией Совета Безопасности ООН.

Именно на таком порядке всегда, мы подчеркиваем – всегда – настаивали наши западные партнеры. И понятно почему. Каждый раз им было необходимо получить санкцию Совета Безопасности ООН на применение Высоким представителем всего арсенала имеющихся у него полномочий.

Что касается консенсуса, то хотели бы напомнить, что эта процедура была соблюдена даже в отношении П.Эшдауна, с кандидатурой которого Москва вначале не соглашалась. Но в результате кропотливой дипломатической работы согласие было достигнуто. Причем, ретроспективно, для нас П.Эшдаун, мягко говоря, не был идеалом.

Что касается одобрения Советом Безопасности ООН. Именно наши западные коллеги «очнулись», когда увидели, что у К.Шварц-Шиллинга нет соответствующей резолюции СБ ООН. Затем была придумана форму обмена письмами генсекретаря ООН и председателя СБ ООН как «плацебо» с тем, чтобы хотя бы так обеспечить его легитимность. Сейчас же этот прецедент вывернули как якобы доказательство того, что нет необходимости резолюции для К.Шмидта.

Нам эта «спецоперация» понятна. Мы каждый раз последовательно заявляем, что Высокий представитель и его аппарат оторвались от дейтонской повестки, что дейтонский инструментарий используется как «ширма» для осуществления эгоистической геополитической повестки, не отражающей устремлений всего боснийско-герцеговинского общества. Именно поэтому АВП превратился в «робота», давно утратившего дейтонскую роль терпеливого посредника в мирном урегулировании.

Нас упрекают в попытке дестабилизировать ситуацию в БиГ. Но именно последний пример волюнтаристского изменения уголовного законодательства наглядно показывает, кто дестабилизирует обстановку, причем не только в БиГ, но и далеко за ее пределами.

На деле дестабилизацией занимается тот, кто грубо нарушает международное право и Дейтонское соглашение - прямо или косвенно.

Мы не против господина К.Шмидта. Мы ценим его политический вес, принимаем во внимание знания и опыт работы «на балканском направлении». Но в отношении К.Шмидта не был соблюден принцип консенсуса при выдвижении его кандидатуры, как и не было получено одобрение со стороны Совета Безопасности ООН. Поэтому для нас он как Высокий представитель нелегитимен.